Пожаловаться на дискриминацию

Не молчи а сообщи!

От латинского «Discriminatio» (различение) — ограничение прав и обязанностей человека по определённому признаку.

Пожаловаться...

Права человека

Международные правозащитные акты

Пакет основных обязанностей государственной власти по отношению к подчиненным этой власти личностям и запретов вмешательства власти в определенные сферы жизни людей.

Читать дальше...

Правовая помошь

Юридические консультации онлайн

Правозащитный центр «Китеж» предоставляет бесплатную правовую помощь соотечественникам на форуме сайта.

Задать вопрос...

Деятельность центра

Чем мы занимаемся?

Уважаемые посетители, ознакомьтесь с деятельностью правозащитного центра «Китеж».

Читать дальше...

Главная

Права правозащитников. Право обращаться в международные органы

Поскольку права человека не относятся исключительно к сфере внутренних дел государства, а представляют непосредственный и законный интерес для всех государств-участников ОБСЕ, обращение с целью передачи информации о правах человека в международные органы, в том числе международные и региональные механизмы защиты прав человека, является как признанным правом, требующим защиты, так и одним из аспектов законной правозащитной деятельности.

Это право неоднократно признавалось принятыми в рамках ОБСЕ обязательствами. Декларация ООН о правозащитниках обращает особое внимание на значение этого права и в качестве важной составляющей права на защиту прав человека, и в качестве автономного права, упоминая его в статье 5 и статье 9 (4).

Статья 5 Декларации ООН о правозащитниках гласит: «В целях поощрения и защиты прав человека и основных свобод каждый человек имеет право, индивидуально и совместно с другими, на национальном и международном уровнях: … c) поддерживать связь с неправительственными или межправительственными организациями».

Статья 9(4) Декларации предусматривает, что каждый человек имеет право, «индивидуально и совместно с другими, на беспрепятственный доступ к международным органам, обладающим общей или специальной компетенцией получать и рассматривать сообщения по вопросам прав человека и основных свобод, а также поддерживать с ними связь».

Генеральная Ассамблея и Совет по правам человека ООН вновь подтвердили право любого человека, индивидуально и совместно с другими, иметь беспрепятственный доступ к международным органам, в частности к Организации Объединённых Наций, её представителям и механизмам в области прав человека, и поддерживать связь с этими органами.

Право беспрепятственно обращаться в международные органы и поддерживать с ними связь – это право, которое заложено в фундамент деятельности всех международных учреждений, включая правозащитные механизмы под эгидой ООН, Организации американских государств, ЕС, Совета Европы и ОБСЕ. Помимо этого, оказывая странам поддержку в вопросе соблюдения международных стандартов в области прав человека, международные механизмы по правам человека полагаются на информацию, предоставленную им отдельными лицами и группами. Поэтому любые формы репрессий по отношению к правозащитникам за предоставление ими информации международным органам или иное препятствование их взаимодействию с этими органами является нарушением прав человека и одновременно подрывает функционирование механизмов, с которыми государства обязались добросовестно сотрудничать. Генеральная Ассамблея и Совет по правам человека ООН настоятельно призвали государства воздерживаться от любых актов запугивания или репрессий в отношении правозащитников, включая членов их семей и партнёров, и обеспечить им защиту от таких действий.

Международные договоры, в том числе Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания (КПП) и Факультативный протокол к ней, Факультативный протокол к Конвенции о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин (КЛДЖ) и Факультативный протокол к Международному пакту об экономических, социальных и культурных правах (МПЭСКП), содержат конкретные положения, обязывающие государства защищать своих граждан от плохого обращения или запугивания, мотивированного подачей жалобы или другой формой коммуникации с международными органами. В этой связи Комитет против пыток назначил докладчиков для рассмотрения любых утверждений о репрессиях согласно соответствующему положению КПП, которое требует от государств обеспечить защиту заявителей и свидетелей от любых форм плохого обращения или запугивания в связи с поданной жалобой или любыми свидетельскими показаниями.

Другие договорные органы ООН также уделяют особое внимание вопросу о поддержании связи с правозащитниками и правозащитными НПО. Например, Комитет ООН по правам человека подчеркнул важность поддержания связи и сотрудничества с НПО, занимающимися вопросами прав человека, и особо отметил, что любые репрессии в отношении лиц, поддерживающих связь с Комитетом, являются неприемлемыми. Комитет по насильственным исчезновениям, например, также включил в свои Правила процедуры конкретные положения о репрессиях и способах реагирования на них.

В ряде государств-участников ОБСЕ, несмотря на обязательства, принятые ими в рамках ОБСЕ, и их обязанности по международному праву, отдельные лица и группы не имеют возможности свободно и без страха репрессий подавать заявления, доклады или другие материалы мониторинга и исследований, жалобы и другие сообщения в соответствующие международные органы. Помимо этого, их возможности свободно участвовать в дискуссиях, проводить встречи и иным образом сотрудничать с этими органами, в своей стране или за рубежом, иногда значительно ограничены, в том числе вследствие угроз, предупреждений, запретов на поездки или клеветнических кампаний в их адрес из-за взаимодействия с такими органами. НПО, предоставляющие информацию международным механизмам, сообщали, что они находились под «наблюдением» правоохранительных органов или что имели место обыски и взломы их офисов и частных жилищ сотрудников. Согласно сообщениям, у некоторых из них были конфискованы паспорта либо их не пускали на посадку в самолёт для поездки на международные встречи, в то время как другие подверглись репрессиям по возвращении.

В некоторых странах власти применяют законодательные нормы, запрещающие распространение «ложной информации», которая считается наносящей ущерб репутации страны, или же аналогичные законы в целях привлечения правозащитников к уголовной ответственности за деятельность, связанную с мониторингом соблюдения прав человека и предоставлением результатов в международные органы. Например, Комитет ООН против пыток выразил обеспокоенность по поводу расширительной формулировки положений Уголовного кодекса о государственной измене, которые могут быть истолкованы как запрещающие обмен информацией о ситуации с правами человека с Комитетом или другими правозащитными органами. Репрессии часто связаны одновременно с несколькими формами нарушений прав человека, включая неоправданные ограничения свободы передвижения и нарушения права на свободу и безопасность, свободу объединений и других прав.

Ежегодные доклады Генерального секретаря ООН о сотрудничестве с Организацией Объединённых Наций, её представителями и механизмами в области прав человека продемонстрировали, что репрессии в отношении лиц, сотрудничающих с Организацией Объединённых Наций, вызывают все большую озабоченность, в том числе и в ряде государств-участников ОБСЕ. В контексте мониторинга имеющих место репрессий ООН также сообщила о получении заявлений об актах запугивания и репрессиях по причине сотрудничества с региональными организациями.

Совет по правам человека выразил обеспокоенность в связи с «продолжающими поступать сообщениями о случаях запугивания и репрессий в отношении отдельных лиц и групп, которые стремятся сотрудничать или сотрудничали с Организацией Объединённых Наций, её представителями и механизмами в области прав человека, а также в связи с серьёзностью сообщений о репрессиях, включая нарушения прав жертвы на жизнь, свободу и личную неприкосновенность, и нарушения обязательств по международному праву, запрещающему пытки и жестокое, бесчеловечное или унижающее достоинство обращение». В связи с этим Генеральная Ассамблея и Совет по правам человека ООН призвали государства воздерживаться от любых актов запугивания или репрессий и обеспечивать надлежащую защиту от таких действий.

Помимо этого, они призвали государства выполнить свои обязанности по пресечению безнаказанности за любые такие акты путём привлечения виновных к суду и предоставления эффективного средства правовой защиты их жертвам; также следует избегать применения законодательства, подрывающего право на беспрепятственное обращение в международные органы и поддержание с ними связи.

Вслед за ПАСЕ, которая выразила серьёзную озабоченность по поводу незаконного давления на адвокатов, которые защищают лиц, подающих заявления в ЕСПЧ, и других актов запугивания, Комитет министров Совета Европы призвал государства воздерживаться от оказания давления на заявителей, их адвокатов и членов их семей с целью воспрепятствовать подаче жалоб в Суд, с тем чтобы эффективно защищать заявителей от такого давления, а также выявлять и надлежащим образом расследовать все случаи предполагаемого нарушения права на обращение в Европейский суд по правам человека.

Если национальные механизмы защиты прав человека являются неэффективными, международные органы могут оказаться единственной или последней инстанцией, в которую можно обратиться за правовой компенсацией или по вопросам продвижения и защиты прав человека. Для тех, кто находится за пределами определённой страны, информация, направленная в международные органы, в частности в механизмы по правам человека, иногда является единственным способом узнать о ситуации с правами человека в данной стране. В этих обстоятельствах государства часто воспринимают передачу такой информации как выставление страны и её правительства в плохом свете, поскольку эта информация может свидетельствовать об ответственности властей за нарушения прав человека, а также о коррупции. Тем не менее, государства-участники ОБСЕ обязались уважать права человека и право защищать прав человека и основные свободы. Они также подтвердили значение вклада отдельных лиц, групп и объединений с точки зрения содействия государствам, обеспечивающим выполнение их обязательств в области человеческого измерения, принятых в рамках ОБСЕ. Поэтому государства также должны уважать и защищать право правозащитников на передачу информации в международные органы.

В целях укрепления защиты прав человека в своей зоне ответственности государства должны рассматривать и признавать обращение в международные органы, в частности в международные механизмы по правам человека, в качестве обычной и важной практики. В связи с этим, государства-участники должны предпринять активные шаги для содействия осуществлению права правозащитников на обращение в такие органы. Например, как неоднократно было рекомендовано договорными органами ООН, государства должны обеспечить перевод соответствующих договоров, заключительных замечаний и рекомендаций по докладам государств, правовых прецедентов и других соответствующих документов на национальный язык и организовать их широкое распространение в целях повышения уровня информированности о международных механизмах защиты прав человека и поощрения использования этих механизмов.

Аналогичным образом, государства должны обеспечить распространение рекомендаций других механизмов по правам человека, а также стандартов и правовой практики региональных механизмов по правам человека и других институтов. Они также должны публиковать и распространять информацию о порядке подачи жалоб в международные и региональные правозащитные механизмы и институты, включая региональные суды по правам человека, и при необходимости способствовать всеми другими способами использованию этих механизмов.

Договорные органы ООН также периодически обращаются к государствам с просьбой проводить активные консультации с гражданским обществом при подготовке периодических докладов о выполнении соответствующего договора по правам человека. Аналогичным образом, государствам предлагается готовить национальные доклады и другие материалы для универсального периодического обзора (УПО) Совета по правам человека в рамках широкого процесса консультаций на национальном уровне со всеми заинтересованными сторонами. Все такие консультации должны быть открытыми, инклюзивными и эффективными. При их проведении государства-участники должны уважать право правозащитников подавать свои доклады или заключения в качестве альтернативы докладу государства.

Признавая ценность вклада гражданского общества в этот процесс, государства-участники должны проявить инициативу в налаживании контактов с гражданским обществом, а также способствовать его активному взаимодействию с международными правозащитными механизмами и институтами, в том числе путём распространения информации о предстоящей подготовке специальных обзоров, касающихся положения в области прав человека в данной стране, а также о сроках и условиях предоставления информации в соответствующий механизм или институт, готовящий обзор.

Во время визитов представителей международных органов, в частности правозащитных механизмов и институтов (в том числе специальных процедур ООН и органов, созданных под эгидой ОБСЕ, Совета Европы и МКПЧ), государства должны обеспечить свободное и безопасное взаимодействие правозащитников с представителями этих органов, а также конфиденциальность такого взаимодействия410.

ИсточникРуководящие принципы по защите правозащитников

Желающие поддержать Правозащитный центр “Китеж” могут это сделать, переведя посильную сумму на наш счёт. Центр находится в списке льготников, поэтому с пожертвований возвращается подоходный налог.

MTÜ INIMÕIGUSTE KAITSE KESKUS KITEZH
EE332200221063236182
Пояснение: annetus

Права правозащитников. Право на неприкосновенность частной жизни

В соответствии со статьёй 17 Международного пакта о гражданских и
политических правах
(МПГПП) «никто не может подвергаться произвольному или незаконному вмешательству в его личную и семейную жизнь, произвольным или незаконным посягательствам на неприкосновенность его жилища или тайну его корреспонденции или незаконным посягательствам на его честь и репутацию» и «каждый человек имеет право на защиту закона от такого вмешательства или таких посягательств». Право на уважение личной и семейной жизни также гарантируется статьёй 8 (1) Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод (ЕКПЧ) и статьёй 11 Американской конвенции о правах человека (АКПЧ).

Статья 8 ЕКПЧ, в отличии от МПГПП, не касается конкретно чести и репутации, но в своих решениях Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) постановил, что при определённых обстоятельствах право на защиту репутации человека подпадает под статью 8 Конвенции в части права на уважение частной жизни; см. дело «Шови и другие против Франции» (заявление № 64915/01, 29 июня 2004 г., п. 70).

В решении по делу «Карако против Венгрии» (заявление № 39311/05, 28 апреля 2009 г.), Суд также заявил, что «лишь в некоторых случаях репутация рассматривалась как индивидуальное право (…) и в основном тогда, когда фактические утверждения носили настолько серьезно оскорбительный характер, что их публикация имела неизбежное непосредственное влияние на личную жизнь заявителя» (п. 23). Как указано выше в разделах «Борьба со стигматизацией и маргинализацией» и «Свобода убеждений, свобода выражения мнения и свобода информации», все меры по защите чести и репутации должны быть в полном соответствии с было международными стандартами, с тем чтобы можно гарантировать, что они не используются для чрезмерного ограничения права на свободу мнений и их выражения

Помимо этого, статья 8(2) ЕКПЧ указывает, что любое вмешательство в частную жизнь со стороны органов государственной власти должно быть предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе по одному из оснований, перечисленных в Конвенции. Комитет ООН по правам человека подчеркнул, что согласно требованиям защиты от незаконного вмешательства, «вмешательство, разрешаемое государствами, может совершаться только на основании закона, который должен в свою очередь соответствовать положениям, целям и задачам Пакта».

Что касается понятия произвольности, то Комитет отметил, что оно призвано «обеспечить, чтобы даже вмешательство, допускаемое законом, соответствовало положениям, целям и задачам Пакта и в любом случае являлось обоснованным в конкретных обстоятельствах». Кроме того, в своих решениях Комитет подчеркнул, что требование разумности подразумевает, что любое вмешательство должно быть соразмерно тем целям, ради достижения которых оно совершается, и должно быть необходимо в каждом конкретном случае. Таким образом, как и в случае других прав, которые могут быть ограничены при строго определённых условиях, государства-участники должны обеспечить, чтобы любое вмешательство в право на неприкосновенность частной жизни строго соответствовало принципам законности, необходимости и соразмерности.

Государства-участники вновь подтвердили «право на защиту личной и семейной жизни, жилища, тайны корреспонденции и электронных сообщений». Помимо этого, они заявили, что «во избежание любого неправомерного или произвольного вмешательства государства в жизнь индивидуума, что могло бы нанести ущерб любому демократическому обществу, осуществление этого права будет ограничиваться только в случаях, предусмотренных законом и совместимых с международно признанными стандартами в области прав человека».

Эффективная защита от незаконного и произвольного вмешательства в личную жизнь имеет особое значение для правозащитников не только потому, что они часто подвергаются риску такого вмешательства в связи со своей деятельностью, но и потому, что уважение права на частную жизнь очень важно в ряде аспектов для осуществления права на защиту прав человека.

Например, Генеральная Ассамблея ООН признала, что осуществление права на неприкосновенность частной жизни имеет большое значение для реализации права на свободу выражения мнения и права беспрепятственно придерживаться своих мнений и, таким образом, является одной из основ демократического общества. Специальный докладчик ООН по вопросу о поощрении и защите права на свободу мнений и их свободное выражение заявил, что неоправданное вмешательство в личную жизнь может прямо и косвенно ограничивать свободное развитие идей и обмен ими.

Правозащитники в регионе ОБСЕ по-прежнему подвергаются риску стать объектом незаконного и произвольного вмешательства в их частную жизнь. Они часто сообщают о случаях незаконного контроля и наблюдения за их работой и частной жизнью со стороны служб безопасности, в том числе в форме прослушивания телефонов и отслеживания переписки в Интернете, что в некоторых случаях используется для дискредитации как их лично, так и в связи с их работой. Подобное вмешательство может также включать незаконные или произвольные облавы и обыски жилищ и служебных помещений или личных вещей во время поездок, произвольные или интрузивные личные досмотры, съёмки и записи отдельных лиц в их частном пространстве, а также другие формы наблюдения, которые являются незаконными, несоразмерными или произвольными в ином отношении.

Что касается обыска жилища, то Комитет по правам человека заявил, что такой обыск «должен ограничиваться поиском необходимых доказательств и не должен причинять излишнее беспокойство проживающим в данном жилище лицам». Помимо этого, он пришёл к выводу, что в отсутствие каких-либо объяснений со стороны государства-участника обыск жилища без ордера на арест представляет собой нарушение права на неприкосновенность частной жизни согласно МПГПП.

В своей прецедентной практике Европейский суд по правам человека также подчёркивает, что законодательство и практика в отношении обыска жилища и изъятия с целью получения вещественных доказательств должны обеспечивать достаточные и эффективные гарантии против злоупотреблений (см. дело «Мьель против Франции», заявление № 12661/87, 25 февраля 1993 г., пп. 37-39).

Что касается толкования слов «личная жизнь» и «жилище», Суд также постановил, что обыск служебного помещения лица может представлять собой вмешательство в права в смысле статьи 8 Конвенции (см. дело Нимитц против Германии, заявление № 13710/88, 16 декабря 1992 г., пп. 27-33). В другом деле он также постановил, что это может применяться к юридическим лицам, например, в случае обыска штаб-квартиры, местных отделений компании или других служебных помещений (см. дело «Компания «Кола Эст» и другие против Франции», заявление № 37971/97, 16 апреля 2002 г.).

В отношении личного обыска Комитет указал, что «необходимо принимать эффективные меры к тому, чтобы этот обыск производился так, чтобы это не оскорбляло достоинства обыскиваемого лица». По поводу полномочий полиции останавливать и обыскивать людей на улице ЕСПЧ счёл, что применение силовых полномочий, «позволяющих требовать от лиц подвергнуться детальному личному обыску, обыску одежды и личных вещей, явно представляло собой вмешательство в право на уважение частной жизни» и что публичный характер обыска «может даже усилить степень серьёзности вмешательства в силу наличия элемента унижения и замешательства». «Кроме того, такие предметы как сумки, кошельки, записные книжки и дневники могут, кроме прочего, содержать личную информацию, владелец которой может чувствовать себя неловко при её выставлении на обозрение его спутников или общественности» (см. дело «Гиллан и Квинтон против Соединённого
Королевства
», заявление № 4158/05, 12 января 2010 г., п. 63).

Такое вмешательство оправдано только тогда, если оно осуществляется «в соответствии с законом», преследует законную цель и является «необходимым в демократическом обществе» для достижения этой цели. В том же деле «Гиллан и Квинтон против Соединённого Королевства» (заявление № 4158/05, 12 января 2010 г., п. 65) суд признал нарушение статьи 8 Конвенции, поскольку полномочия по выдаче разрешения и подтверждения, а также по остановке и обыску, не были чётко ограничены и не предусматривали достаточные правовые гарантии против злоупотреблений (п. 87). Суд пришёл к выводу, что придание такой широты полномочиям, предоставленным офицерам полиции, несло очевидный риск произвола, а также «риск того, что широко сформулированные полномочия могли использоваться против демонстрантов и протестующих в нарушение статьи 10 и/или 11 Конвенции» (п. 85).

Комиссар Совета Европы по правам человека напомнил о связанных с Интернетом угрозах для правозащитников, «когда репрессивные правительства используют имеющуюся в Интернете и на сайтах социальных сетей информацию для выявления сетей правозащитников и других активистов и их преследования». При этом проблемы, возникающие в связи с цифровыми информационно-коммуникационными технологиями, вызывают всё бóльшую обеспокоенность международного сообщества.

В своей резолюции 2013 г. «Право на неприкосновенность личной жизни в цифровой век» Генеральная Ассамблея ООН обратила внимание на тот факт, «что быстрые темпы технологического развития позволяют людям во всех регионах мира пользоваться новыми информационными и коммуникационными технологиями и в то же время повышают способность правительств, компаний и физических лиц отслеживать, перехватывать и собирать информацию, что может нарушать или ущемлять права человека».

Аналогичным образом, Комитет министров Совета Европы отметил, что «обработка данных в информационном обществе, которая осуществляется без необходимых гарантий и мер безопасности, может вызвать серьёзную обеспокоенность относительно прав человека. Законодательство, допускающее ведение широкомасштабного наблюдения за гражданами, может противоречить праву на неприкосновенность личной жизни. Такие возможности и такая практика оказывают сковывающее воздействие на участие граждан в социальной, культурной и политической жизни и, в долгосрочной перспективе, могут иметь разрушительное воздействие на демократию». Новые методы наблюдения и проникновения в компьютерные системы для обнаружения уязвимых мест тех лиц, которые являются объектом наблюдения, с целью подрыва их авторитета и репутации представляют собой дополнительную угрозу, поскольку такие средства «также могут использоваться в целях дискредитации, например, оппозиционных политиков, правозащитников или журналистов».

Специальный докладчик ООН по вопросу о поощрении и защите права на свободу мнений и их свободное выражение выразил озабоченность по поводу того факта, что во многих странах, включая государства-участники ОБСЕ, национальные разведывательные службы автоматически освобождаются от требования действовать на основании судебных санкций. Он подчеркнул, что в отсутствие необходимого законодательства и правовых стандартов по обеспечению конфиденциальности, безопасности и анонимности сообщений журналисты, правозащитники и лица, сообщающие о нарушениях, не могут, например, быть уверенными, что их сообщения не станут объектом контроля со стороны государств. В отсутствие надёжных механизмов правовой защиты они могут подвергаться произвольному слежению за их жизнью.

В постановлении по делу, основанному на жалобе относительно того, что законодательство предоставило властям значительную свободу действий в области сбора и использования информации, полученной в результате тайной слежки, ЕСПЧ напомнил о том, что законом должны быть установлены минимальные гарантии против злоупотреблений, в том числе указывающие «характер правонарушений, которые могут повлечь за собой выдачу предписания на перехват сообщений; определение категорий лиц, сообщения которых подлежат обязательному мониторингу; ограничение продолжительности такого мониторинга; предписанный порядок изучения, использования и хранения полученных данных; меры предосторожности при передаче данных другим сторонам; обстоятельства, при которых полученные данные или записи могут или должны быть уничтожены». Помимо этого, Суд вновь подчеркнул, что необходимо обеспечить «достаточные и эффективные гарантии против злоупотреблений» в контексте негласного слежения, в том числе касающиеся «характера, охвата и продолжительности возможных мер слежения, оснований, требующихся для их применения, органов власти, уполномоченных санкционировать, осуществлять такие меры и надзирать за ними, и типа средств правовой защиты, предусмотренных национальным законодательством».

В деле, касающемся члена правозащитной организации, который был зарегистрирован в «базе данных слежения», ЕСПЧ установил нарушение права на неприкосновенность частной жизни согласно ЕКПЧ. В упомянутой базе данных собиралась информация о передвижениях заявителя в пределах страны, что – как указал Суд – представляет собой вмешательство в его частную жизнь. Поскольку создание и ведение базы данных осуществлялось в соответствии с министерским постановлением, которое не было опубликовано и не было доступно общественности, Суд решил, что вмешательство было несовместимо с ЕКПЧ. Что касается сбора и хранения личной информации в целом, то Комитет по правам человека подчеркнул, что «каждое лицо должно иметь право удостовериться в ясной форме, содержится ли в автоматизированных файлах данных информация личного характера, и если содержится, то какая и с какой целью. Каждое лицо должно иметь также возможность удостовериться, какие государственные органы или частные лица или органы контролируют или могут контролировать их досье».

Государства-участники обязаны не только обеспечить, чтобы государственные органы или должностные лица воздерживались от любого незаконного или произвольного вмешательства в право на неприкосновенность частной жизни, но и защитить правозащитников от подобного вмешательства третьих сторон, включая, например, сотрудников частных охранных компаний.

Например, в докладе по итогам своего визита в Ирландию Специальный докладчик по вопросу о положении правозащитников отметила, что она получила сообщения о слежении за дорогами общественного пользования, частными домами и частным передвижением местных жителей со стороны сотрудников частных служб безопасности, нанятых крупной корпорацией в контексте протестов по поводу нарушения экологических прав. Она выразила озабоченность по поводу возможного влияния такой практики на право на неприкосновенность личной жизни и рекомендовала использовать методы слежения исключительно на основании принципов законности и соразмерности, а также доводить до сведения местных жителей цели такого слежения. (См.: Доклад Специального представителя Генерального секретаря по вопросу о положении правозащитников Маргарет Секаггии, добавление «Миссия в Ирландию» (19-23 ноября 2012 г.), UN Doc. A/HRC/22/47/Add.3, 26 февраля 2013 г., п. 78).

Комитет ООН по правам человека заявил, что право на неприкосновенность частной жизни «должно быть подкреплено гарантиями от любого такого вмешательства и таких посягательств, независимо от того, совершаются ли они государственными органами, физическими или юридическими лицами».

В этой связи, Специальный докладчик по вопросу о поощрении и защите права на свободу мнений и их свободное выражение указал, что государства должны криминализировать незаконное слежение со стороны государственных или частных субъектов. Генеральная Ассамблея ООН призвала государства предпринять следующее: уважать и защищать право на неприкосновенность частной жизни, в том числе в контексте цифровой коммуникации; принимать меры, для того, чтобы положить конец нарушениям и создать условия для предотвращения таких нарушений; «провести обзор своих процедур, практики и законодательства, касающихся слежения за сообщениями, их перехвата и сбора личных данных, включая массовое слежение, перехват и сбор» и «учредить новые или продолжать использовать уже имеющиеся независимые, эффективные внутренние надзорные механизмы, способные обеспечивать транспарентность в соответствующих случаях и подотчётность в отношении слежения государств».

Как указал Специальный докладчик по вопросу о поощрении и защите права на свободу мнений и их свободное выражение, частный сектор сыграл важную роль в упрощении государственного слежения – иногда в результате давления со стороны властей, а иногда и добровольно. В отдельных случаях, как отметил Специальный докладчик, частный сектор являлся соучастником разработки технологий, которые позволяли вести связанное с грубым вмешательством слежение в нарушение существующих правовых стандартов. В этой связи он призвал государства воздерживаться от принуждения частного сектора к принятию мер, дискредитирующих конфиденциальность, безопасность и анонимность коммуникационных услуг, и принять меры «по предотвращению коммерциализации технологий слежения, уделяя особое внимание технологическим исследованиям, развитию, торговле, экспорту и использованию этих технологий с учётом возможности их содействия систематическим нарушениям прав человека». В соответствии с принятыми ООН «Руководящими принципами предпринимательской деятельности в аспекте прав человека», государствам-участникам следует чётко обозначить свои ожидания в отношении того, что все предприятия, домицилированные на их территории и/или находящиеся под их юрисдикцией будут соблюдать прав человека в рамках своей деятельности.

В этом контексте государства-участники должны также чётко и открыто заявить о том, что правозащитники играют важную роль в жизни общества, и тем самым признать их статус и законность их деятельности. О важности публичного признания, а также о роли негосударственных субъектов и руководящих принципах предпринимательской деятельности в аспекте прав человека см. выше в разделе «Общие принципы». Кроме того, Европейская комиссия опубликовала руководство для компаний, работающих в секторе ИКТ, в котором содержатся подробные рекомендации для этого сектора по корпоративной ответственности за соблюдение прав человека, как это изложено в Руководящих принципах предпринимательской деятельности в аспекте прав человека (ООН). (См.: Европейская комиссия, Руководство для сектора ИКТ по внедрению руководящих принципов предпринимательской деятельности в аспекте прав человека).

Комитет министров Совета Европы призвал государства учитывать риски цифровых технологий наблюдения и слежения в их двусторонних переговорах с третьими странами и, при необходимости, рассматривать необходимость введения соответствующих мер экспортного контроля для предотвращения неправомерного использования технологий с целью подрыва стандартов в области прав человека. В свете увеличения рисков в этой области государства-участники также должны поддерживать инициативы правозащитников, направленные на расширение своих знаний и развитие своего потенциала в области повышения безопасности электронных сообщений.

Что касается использования материалов, полученных в ходе слежки, обыска и изъятия материалов, то информация или данные, полученные в результате незаконного или произвольного вмешательства в частную жизнь правозащитника, как правило, не должны являться приемлемыми в судебном процессе против этого лица. Отмечая, что Европейский суд по правам человека в некоторых делах исходил из того, что факт нарушения права на неприкосновенность частной жизни путём применения незаконных методов собирания доказательств может устанавливаться отдельно, без того, чтобы весь судебный процесс обязательно становился несправедливым, Специальный докладчик ООН по вопросу о поощрении и защите прав человека в условиях борьбы с терроризмом выразил мнение о том, «что государствам, в частности их судебным органам, необходимо бдительно придерживаться той позиции, что использование доказательств, добытых с нарушением прав человека или отечественного законодательства, делает судебный процесс несправедливым».

В целом, в отношении сбора и хранения информации личного характера государственными органами или частными лицами в компьютерах, базах данных или как-либо иначе Комитет ООН по правам человека подчеркнул, что государства-члены должны принимать эффективные меры к тому, чтобы информация, касающаяся частной жизни какого-либо лица, не попадала в руки лиц, не имеющих разрешения на её получение, обработку и использование, и к тому, чтобы такая информация никогда не использовалась в целях, не совместимых с целями Пакта.

Правозащитники должны быть защищены от любого разглашения личных данных или информации частного характера средствам массовой информации, особенно если это касается конфиденциальной или интимной информации, которая может быть использована для дискредитации соответствующего лица или нанесения ущерба его чести или репутации. Например, ЕСПЧ постановил, что раскрытие конфиденциальных материалов видеонаблюдения средствам массовой информации для использования в трансляциях – без согласия затронутого лица или без маскировки их личности – может быть серьёзным вмешательством в право на неприкосновенность частной жизни. Суд также постановил, что защита персональных данных, в частности, медицинской информации, имеет принципиальное значение, и что размещение таких данных в открытом доступе может существенным образом повлиять на частную и семейную жизнь данного лица в нарушение статьи 8 ЕКПЧ.

Помимо этого, персональные данные и информация личного характера должны храниться столько, сколько это является обоснованным и строго необходимым. Например, Конвенция Совета Европы о защите частных лиц в отношении автоматизированной обработки данных личного характера указывает, что «персональные данные, подвергающиеся автоматизированной обработке… сохраняются в форме, позволяющей идентифицировать субъекты данных, не дольше, чем это требуется для целей хранения этих данных». В соответствии с практикой Европейского суда по правам человека, власти также имеют позитивное обязательство обеспечить наличие эффективной и доступной процедуры, позволяющей отдельным лицам получить доступ к своим личным досье в государственных органах в течение разумного срока.

Комитета министров Совета Европы признал, что обработка данных и масштабное слежение могут подрывать права на конфиденциальность, связанные с определённой профессиональной деятельностью (например, в связи с защитой журналистских источников), и могут даже поставить под угрозу безопасность вовлечённых лиц.

Аналогичным образом, Специальный докладчик по вопросу о поощрении и защите права на свободу мнений и их свободное выражение в отношении конфиденциальности, безопасности и анонимности журналистских сообщений отметил, что «среда, в которой слежение широко распространено и не регламентировано надлежащими правовыми процедурами или судебным надзором, не может обеспечить презумпцию защиты источников информации. Даже узкое, нетранспарентное, не задокументированное и служебное слежение может иметь негативные последствия в отсутствие тщательного и публичного документирования использования этой практики и известной системы контроля и противовесов для предотвращения злоупотреблений в данной области» (A/HRC/23/40, п. 52).

Помимо этого, Европейский суд по правам человека заявил следующее: «Принимая во внимание важность защиты журналистских источников для свободы печати в демократическом обществе и опасное воздействие, которое судебный приказ о раскрытии источника может оказать на осуществление свободы печати, подобная мера не может считаться совместимой со статьёй 10 Конвенции, если она не оправдывается более важным требованием общественного интереса» (см. дело «Гудвин против Соединенного Королевства», заявление № 17488/90, 27 марта 1996 г., п. 39).

Что касается адвокатов, то Комитет ООН по правам человека, например, рекомендовал Нидерландам обеспечить исключение возможности прослушивания разговоров между сторонами, имеющими право на сохранение в тайне их содержания. Комитет выразил обеспокоенность тем, что записи телефонных разговоров с участием лиц, обязанных соблюдать требования конфиденциальности, и прежде всего адвокатов, не защищены в той степени, которая могла бы обеспечить такую конфиденциальность. (См. CCPR/C/NLD/CO/4, 25 августа 2009 г., п. 14).

Принцип 22 Основных принципов ООН, касающихся роли юристов, предусматривает, что «правительства признают и обеспечивают конфиденциальный характер любых сношений и консультаций между юристами и их клиентами в рамках их профессиональных отношений». Помимо этого, государства-участники ОБСЕ взяли на себя обязательство принять «все разумные и необходимые меры … для обеспечения уважения конфиденциальности отношений адвоката и клиента». Они также обязались обеспечивать, чтобы «журналисты, включая тех, которые представляют средства массовой информации других государств-участников, при осуществлении ими такой деятельности могли свободно искать доступ к общественным и частным источникам информации и поддерживать контакты с ними, а также чтобы уважалась их потребность в профессиональной конфиденциальности». С учётом растущего значения Интернета как средства массовой коммуникации необходимо рассмотреть вопрос о распространении защиты журналистских источников на других лиц, задействованных в процессе распространения информации.

Помимо признания конкретных профессиональных потребностей правозащитников, которые являются журналистами или юристами, государства-участники также должны признать особые потребности других правозащитников в отношении защиты их права на частную жизнь, включая конфиденциальность сообщений, с целью защиты своих источников или лиц, чьи права они защищают. Особое значение это имеет для тех, чьим источникам, в том числе свидетелям и информаторам, за предоставление информации угрожает серьёзная опасность, а также для тех, кто работает с лицами, подвергающимися повышенному риску нападения в случае их обращения за помощью к правозащитникам это могут жертвы торговли людьми или лица, порывающие с преступной или экстремистской группой).

Определённые группы правозащитников также имеют особые потребности в отношении защиты их частной жизни в связи с характером нарушений и злоупотреблений, с которыми они часто сталкиваются. Например, Генеральная Ассамблея ООН признала, что связанные с информационными технологиями нарушения и злоупотребления в отношении женщин, включая женщин-правозащитников и лиц, отстаивающих права женщин, вызывают все большую обеспокоенность и требуют эффективных мер реагирования. Такие нарушения и злоупотребления могут включать травлю в Интернете, виртуальное преследование, нарушение неприкосновенности частной жизни, цензуру и взлом электронной почты, мобильных телефонов и других электронных устройств с целью дискредитации жертвы и/или подстрекательства к другим нарушениям или злоупотреблениям в отношении жертвы.

ИсточникРуководящие принципы по защите правозащитников

Желающие поддержать Правозащитный центр “Китеж” могут это сделать, переведя посильную сумму на наш счёт. Центр находится в списке льготников, поэтому с пожертвований возвращается подоходный налог.

MTÜ INIMÕIGUSTE KAITSE KESKUS KITEZH
EE332200221063236182
Пояснение: annetus

Права правозащитников. Правила въезда

Поездки правозащитников в другие государства-участники в целях осуществления правозащитной деятельности, включая активное продвижение прав человека, участие в конференциях и собраниях, мониторинг и составление отчётов, должны приветствоваться и поощряться. Комитет ООН по правам человека, например, отметил в этой связи, что представителям международных организаций и НПО, журналистам и правозащитникам необходимо разрешать въезжать на территорию другой страны и осуществлять свою деятельность, а также гарантировать им право на свободу выражения мнения при выполнении своей работы.

Визовые режимы и соответствующие процедуры не должны налагать неоправданных ограничений на такие поездки и должны быть, по возможности, максимально упрощены. Государства-участники должны, как правило, признать мониторинг соблюдения прав человека, составление отчётов и другую правозащитную деятельность в качестве законной цели поездки и должны по мере возможности облегчать выдачу виз для таких поездок. Информация о правилах выдачи виз для правозащитников должна быть точной, ясной и легко доступной. Помимо этого, государства-участники должны обеспечить, чтобы сотрудники, принимающие решения по ходатайствам о выдаче виз, прошли соответствующее обучение и были проинформированы о конкретных проблемах и потребностях правозащитников, а также законности и важности их деятельности, в том числе за рубежом.

Государства также должны обрабатывать ходатайства о выдаче виз как можно более оперативно и соблюдать принципы соразмерности и недискриминации при принятии решения о выдаче виз. В отношении принципа недискриминации в Венском документе 1989 года (Сотрудничество в гуманитарных и других областях) подчёркивается, что государства-участники «будут благожелательно рассматривать ходатайства о поездках за границу без различия какого-либо рода, как-то: расы, цвета кожи, пола, языка, религии, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного положения, рождения, возраста или иного обстоятельства» (п. 20).

Значение этих принципов при рассмотрении заявлений о выдаче виз также подтверждено, например, в статье 39 Визового кодекса, принятого Европейским парламентом и Советом, в которой предусмотрено, что «консульскому персоналу запрещается проявлять в отношении людей любую дискриминацию по признакам пола, языка, вероисповедания, политических или иных убеждений, национального или социального происхождения, имущественного или сословного положения, возраста или иного обстоятельства».

Обычно правила выдачи виз не учитывают специфики работы правозащитников, которая может выполняться самостоятельно или совместно с другими в рамках зарегистрированных или незарегистрированных НПО. В результате правозащитники, работающие индивидуально или в незарегистрированных ассоциациях, могут не иметь возможности получить необходимые документы, подтверждающие их официальное место работы, продолжительность их контракта о найме на оплачиваемую работу, уровень доходов, и прочие соответствующие документы для доказательства своей финансовой состоятельности и прочности связи с собственной страной.

Помимо этого, приглашения от незарегистрированных НПО и индивидуальных правозащитников, направляемые правозащитникам из других государств-участников с целью осуществления правозащитной деятельности, могут не рассматриваться учреждениями, отвечающими за выдачу виз, в качестве официальных и имеющих силу. При этом государства-участники также должны рассмотреть практические способы обеспечить, чтобы, насколько это возможно, конкретные личные обстоятельства (например, предшествующие произвольные обвинения, осуждения и аресты), вытекающие из правозащитной деятельности, не приводили к отказу в выдаче визы или неоправданной задержке в рассмотрении заявления.

Аналогичным образом, соответствующие органы власти должны учитывать конкретные проблемы, стоящие перед правозащитниками, которым был предоставлен статус беженца или другие формы защиты и которые намереваются выехать из одного государства-участника в другое для участия, например, во встречах и конференциях, посвящённых правам человека, а также конкретные проблемы, с которыми могут сталкиваться в этом отношении лица без гражданства.

В случае отказа в выдаче визы заявитель должен быть надлежащим образом ознакомлен с причинами такого решения и доступными средствами правовой защиты, позволяющими оспорить его. Правозащитники, которым отказано во въезде в страну по причине включения их в список, запрещающий им въезд в одно государство-участник или в группу государств, также должны иметь право знать о таких запретах и оспаривать их. Порядок подачи апелляций в таких случаях должен быть установлен соответствующими государствами-участниками ОБСЕ.

Правозащитники, которым угрожает неминуемая опасность

Государства-участники также должны оказывать помощь правозащитникам, жизни и благополучию которых существует серьёзная угроза, во временном переезде в безопасные условия, если им нужна защита. Например, государствам следует рассмотреть вопрос о выдаче подвергающимся риску правозащитникам многократных въездных виз, дающим им гибкую возможность быстро покидать свою страну, если им что-то угрожает. Они должны также рассмотреть вопросы введения и обеспечения функционирования эффективных процедур выдачи виз в этих целях в ускоренном порядке (срочные визы) в случае необходимости (примеры хорошей практики в этой области см. в разделе «Рамки выполнения руководящих принципов»). Такие меры будут соответствовать обязательству «уделять незамедлительное внимание ходатайствам о поездках неотложного гуманитарного характера и рассматривать их благожелательно».

Это обязательство было усилено, когда государства-участники вновь подтвердили, что они будут «обеспечивать при рассмотрении ходатайств о получении виз, чтобы этот процесс проходил как можно быстрее для того, чтобы, в частности, должным образом учитывались важные семейные, личные или профессиональные соображения, особенно в случаях срочного гуманитарного характера».

ПАСЕ также подчеркнула значение этой защитной меры и призвала государства «создавать схемы выдачи виз по гуманитарным основаниям и принимать любые другие адекватные меры в отношении правозащитников, подвергающихся непосредственной опасности или нуждающихся в передышке вследствие непрекращающегося преследования в третьих странах, или, по крайней мере, облегчить им оперативное получение виз при возникновении такого рода ситуаций». В этом контексте потребности в защите ближайших родственников правозащитников также должны надлежащим образом приниматься во внимание и рассматриваться благожелательно, а реакция на них должна быть как можно более быстрой.

Более того, в соответствии со своими международными обязанностями государства-участники также должны предоставлять правозащитникам долгосрочную международную защиту в случаях, когда им приходится спасаться бегством из своей страны из-за опасения преследований по причине их правозащитной деятельности. Обязательства по невыдворению согласно международному праву должны полностью соблюдаться в любых обстоятельствах. Правозащитников, которым угрожает опасность подвергнуться нарушению их права на жизнь, права на свободу от пыток и других видов жестокого обращения либо другим серьёзным нарушениям прав человека в своей стране или стране проживания, нельзя возвращать в такие страны.

Пересечение границ

При въезде в другое государство-участник правозащитники не должны подвергаться пограничному контролю, который является несоразмерным и оскорбляет их человеческое достоинство. В некоторых государствах-участниках ОБСЕ, тем не менее, продолжается практика запугивания и притеснения лиц, пересекающих границы; по имеющимся сообщениям, иногда такие действия применяются в основном к правозащитникам. Подобная практика иногда включает в себя несоразмерный личный досмотр, требование снять одежду или преувеличенно тщательный досмотр багажа.

Имеются сообщения о случаях притеснения правозащитников при пересечении границ, в том числе о конфискации без объяснения буклетов, брошюр, печатных изданий и других ознакомительных материалов, необходимых для правозащитной деятельности. Помимо этого, при пересечении границ правозащитники также сталкиваются с произвольной конфискацией оборудования, включая компьютерную технику с персональными данными. Такая практика может быть равносильна незаконному вмешательству в право на свободу выражения мнения, право запрашивать и распространять информацию или право на неприкосновенность частной жизни, и она должна быть отменена.

Пограничный контроль должен проводиться так, чтобы всецело соблюдалось уважение человеческого достоинства и принципы соразмерности и недискриминации. В этой связи государства-участники объявили о готовности «развивать сотрудничество между своими пограничными и таможенными службами, ведомствами, отвечающими за выдачу документов на въезд и выезд и виз, правоохранительными органами и миграционными службами, а также другими компетентными национальными ведомствами» с целью содействия «обеспечению достойного обхождения со всеми лицами, желающими пересекать границы, согласно соответствующим национальным правовым нормам, международному праву, в частности, международным стандартам в области прав человека, беженскому праву и гуманитарному праву, а также соответствующим обязательствам, принятым в рамках ОБСЕ».

В соответствии с этим обязательством, каждый человек, включая, среди прочих, женщин-правозащитников и лиц, отстаивающих права женщин, а также лиц, принадлежащих к уязвимым группам или меньшинствам – например, национальным, этническим, религиозным, языковым и сексуальным меньшинствам или к лицам с ограниченными возможностями, – должен пользоваться уважением при пограничном контроле, в том числе при проведении личного досмотра, и не подвергаться унизительному или оскорбляющему достоинство обращению по причине его личности, внешности или других обстоятельств.

ИсточникРуководящие принципы по защите правозащитников

Желающие поддержать Правозащитный центр “Китеж” могут это сделать, переведя посильную сумму на наш счёт. Центр находится в списке льготников, поэтому с пожертвований возвращается подоходный налог.

MTÜ INIMÕIGUSTE KAITSE KESKUS KITEZH
EE332200221063236182
Пояснение: annetus

Права правозащитников. Свобода передвижения в пределах страны

В ряде государств-участников правозащитники также продолжают сталкиваться с незаконными ограничениями свободы передвижения по территории государства. Им запрещён доступ в определённые части страны, автономные области или спорные территории и, следовательно, проведение мониторинга и сообщение информации или другая деятельность по содействию соблюдению прав человека в этих районах. Помимо этого, в некоторых государствах-участниках свобода передвижения ограничивается для того, чтобы помешать участию правозащитников в определённых публичных мероприятиях, включая митинги, марши и демонстрации, на которых высказываются мнения, содержащие критику властей либо поддержку равных прав для меньшинств или маргинализированных групп населения.

По мнению Европейского суда по правам человека, недопущение отдельного гражданина в конкретное общественное место, например, в центральный район города, равносильно вмешательству в право на свободу передвижения (см. дело «Оливьера против Нидерландов», заявление № 33129/96, 6 ноября 2002 г.). Помимо этого, непозволение кому-либо покидать свой дом и/или запрещение покидать конкретный район также являются примерами вмешательства в право на свободу передвижения (см. «Иванов против Украины», заявление № 15007/02, 7 марта 2007 г.).

Государства-участники ОБСЕ обязались устранить «все правовые и другие ограничения в отношении передвижения своих и иностранных граждан в пределах их территорий и местожительства лиц, имеющих право на постоянное проживание, за исключением тех ограничений, которые могут быть необходимы и официально объявлены исходя из военных интересов, интересов безопасности, экологии или других законных государственных интересов, в соответствии с их национальными законами, совместимыми с обязательствами в рамках СБСЕ и международными обязательствами в области прав человека. Государства-участники обязуются сводить такие ограничения к минимуму».

Препятствование доступу правозащитников к значимым местам – например, к местам, где проходят собрания или митинги протеста или где содержатся люди, лишённые свободы, – с целью мониторинга, составления отчётов и другой правозащитной деятельности не является законным оправданием для ограничений в свете данного обязательства. Признавая значение работы правозащитников для выполнения обязательств в области человеческого измерения, государства-участники должны активно содействовать свободному передвижению правозащитников по всей территории государства (включая отдалённые районы) в той мере, в какой это требуется для эффективного осуществления ими своей правозащитной деятельности.

Государства также должны активно способствовать доступу правозащитников к соответствующим местам с целью поддержки деятельности по мониторингу соблюдения прав человека и сообщению важной информации.

Это соответствует рекомендациям международных органов по правам человека. Комитет ООН против пыток в своих Заключительных замечаниях по Беларуси, например, призвал государство-участник «предоставить независимым государственным и негосударственным организациям доступ ко всем пенитенциарным учреждениям в стране, включая камеры предварительного заключения, следственные изоляторы, помещения служб безопасности, места административного задержания, изоляторы в медицинских и психиатрических учреждениях и тюрьмы», UN Doc. CAT/C/BLR/CO/4, 7 декабря 2011 г., п. 14.

ИсточникРуководящие принципы по защите правозащитников

Желающие поддержать Правозащитный центр “Китеж” могут это сделать, переведя посильную сумму на наш счёт. Центр находится в списке льготников, поэтому с пожертвований возвращается подоходный налог.

MTÜ INIMÕIGUSTE KAITSE KESKUS KITEZH
EE332200221063236182
Пояснение: annetus

Права правозащитников. Право покидать свою страну и возвращаться

Государства-участники должны обеспечить, чтобы правозащитники в полной мере пользовались своим правом покидать любую страну, включая свою собственную. Незаконные ограничения этого права – например, неоправданные задержки в выдаче проездных документов и запреты на передвижение, которые препятствуют выезду правозащитников из страны исключительно по причинам, связанным с их правозащитной деятельностью, – должны быть безотлагательно устранены. Комитет ООН по правам человека также выразил обеспокоенность по поводу необходимости получать выездную визу для поездки за рубеж и заявил, что такие системы должны быть отменены.

Государства-участники вновь заявили, что они будут уважать право каждого человека покидать любую страну, включая свою собственную, и возвращаться в свою страну в соответствии с обязанностями государств по международному праву и обязательствами, утверждёнными в рамках СБСЕ. В этой связи они заявили, что «ограничения этого права будут носить характер весьма редких исключений, будут считаться необходимыми лишь в тех случаях, когда они отвечают конкретной общественной потребности, преследуют законную цель и соразмерны этой цели и не будут предметом злоупотребления или произвольного применения».

Если правозащитникам отказывают в праве покидать свою страну в связи с тем, что их имена внесены в список «невыездных» лиц, которым запрещён выезд из страны, они должны быть извещены о таком положении дел, как только принимается соответствующее решение; они также должны быть проинформированы о действительном основании для такого решения, и им должна быть предоставлена возможность оспорить ограничение на выезд в компетентном, независимом и беспристрастном суде. Имена правозащитников следует немедленно удалить из списка, если не имеется законного основания для такого запрета. Процедуры, касающиеся введения ограничений на выезд для правозащитников, должны быть прозрачными, законными и подотчётными.

ИсточникРуководящие принципы по защите правозащитников

Желающие поддержать Правозащитный центр “Китеж” могут это сделать, переведя посильную сумму на наш счёт. Центр находится в списке льготников, поэтому с пожертвований возвращается подоходный налог.

MTÜ INIMÕIGUSTE KAITSE KESKUS KITEZH
EE332200221063236182
Пояснение: annetus