русофобия

Суд поддержал ликвидацию русской школы в Кейла

19 августа в 16:00 Таллинский административный суд не удовлетворил жалобу родителей, оставив в силе решение Кейлаского городского собрания о ликвидации единственной русской школы в городе.

Ссылки на нарушение международных правовых норм, Конституции и законов Эстонии, а также на то, что решение городских властей не было обоснованно экономически, а опиралось только на желание чиновников, чтобы в Кейла не было русской общины, были проигнорированы.

В Кейлаской основной школе училось 179 детей. В Эстонии много школ, где количество учеников значительно меньше, в т. ч. в Харьюмаа. Но все эти школы – эстоноязычные. Например, в школе Миссо учится всего восемь детей. В целом в Эстонии есть 31 школа, в которых количество учеников менее 20, из них 11 – основные школы. Медианное количество учеников в школах Эстонии – 147 человек. При этом никто не собирается эти школы оптимизировать.

Стоит отметить, что живущие в городе русские дети, которых лишили своей школы, не были приняты и в первый класс эстонской школы, по причине недостаточного владения ими эстонским языком. Таким образом, детей не просто лишили обучения на русском языке, но и вовсе права на образование.

Характерным моментом для этого судебного процесса было то, что судья до принятия решения заручился поддержкой Министерства образования и науки Эстонии. Министерство полностью поддержало ликвидацию русской школы. Городом правит коалиция реформистов и социал-демократов. Минобраз возглавляет член Центристской партии Майлис Репс. Однако, при вопросе ликвидации русского образования в Эстонии, правительственная и оппозиционные партии пришли к полному консенсусу, даже несмотря на то, что Центристская партия пришла к власти исключительно за счёт голосов русских избирателей.

Податель жалобы, председатель попечительского совета Кейлаской основной школы Оксана Пост заявила, что городские власти, а вместе с ними и эстонский суд, прошлись катком по русским детям, лишний раз показав своё отношение к русскому населению страны.

Представляющий в суде Оксану Пост юрист-правозащитник Мстислав Русаков сообщил, что решение суда является явно политическим. «В нашей стране, опираясь на парадигму «Эстония – для эстонцев!» целенаправленно и последовательно строится национальное государство, в котором, вопреки Конституции и ратифицированным международным конвенциям, игнорируются интересы и права национальных меньшинств. Ситуация с каждым годом становится всё хуже. Если раньше эстонские суды принимали решения о том, то права нарушены не были, то сейчас уже встали на позицию, что у национальных меньшинств в Эстонии вовсе нет никаких прав. Соответственно нельзя нарушить то, чего a priori нет» – добавил правозащитник.

«Мы, безусловно, будем подавать апелляцию в суд второй инстанции» — заключил Русаков.

Мстислав Русаков: «О судебном процессе в защиту единственной русской школы в Кейла»

2 июня в 10:00 состоялось заседание Таллинского административного суда по рассмотрению жалобы Оксаны Пост против закрытия единственной русской школы в Кейла.

Кейла – небольшой город в Эстонии с населением в 10 тысяч человек. Эстонцы составляют большинство, русские в меньшинстве. В городе действуют две школы. Эстонская гимназия (12 классов) – одна из крупнейших школ в Эстонии (1,5 тысячи человек) и русская основная школа (9 классов), количество учеников в которой по эстонским меркам тоже не маленькое – 179 человек. Однако, в силу того, что в окрестных волостях русские школы уже закрыты, русская школа в Кейла стала играть роль региональной школы, 2/3 учеников которой не являются жителями города.

В 2018 году власти города решили закрыть русскую школу. Директор и попечительский совет учебного заведения обратились за помощью в НКО «Русская школа Эстонии». Тогда, во многом благодаря тому, что удалось подключить СМИ, школу удалось отстоять. Однако городские власти наказали директора школы за строптивость увольнением, назначив на эту должность более покладистого человека, и через год вновь вернулись к этому вопросу, но уже с лучшей подготовкой.

Так как 2/3 учеников школы – иногородние, то для того, чтобы она умерла естественным путём достаточно просто не принимать в неё детей, не живущих в Кейла. Поэтому 14 ноября 2019 года городское собрание приняло решение о запрете приёма в школу иногородних детей. 26 ноября 2019 года был принято решение о закрытии школы. При этом было полностью проигнорировано мнение попечительского совета школы, который выступил единогласно против ликвидации школы. 4 декабря 2019 года было проведено общешкольное собрание, которое также выступило единогласно против.

22 декабря 2020 года была подана жалоба в Таллинский административный суд. В качестве подателя жалобы выступила председатель попечительского совета Оксана Пост, чей ребёнок ходит в 5-й класс русской школы Кейла и двое детей пойдут в неё через несколько лет. 21 января 2020 года жалоба была принята в производство.

Остановимся кратко на правовых аспектах дела. В своих последних отчётах для Комитета ООН по ликвидации расовой дискриминации Эстония заверила Комитет, что для неё всегда было важно гарантировать и защищать права человека и основные свободы, как на государственном, так и на международном уровне. Эстония осуждает расовую дискриминацию и продолжает работу во имя того, чтобы устранить проявление расовой дискриминации, как в законодательстве, так и на практике. Под расовой дискриминацией здесь понимается любая дискриминация по этническому признаку.

В нашем же деле мы видим, что представитель города Кейла, в качестве которого как адвокат выступает бывший канцлер права Аллар Йыкс, считает, что права подателя жалобы невозможно нарушить, так как в Эстонии у национальных меньшинств вовсе никаких прав нет. Есть только право местного самоуправления по собственному произволу делать то, что оно считает нужным. Причём без причин, основания и против воли людей. По мнению г-на Йыкса право местного самоуправления в отношении прав национальных меньшинств абсолютно. Как будто Эстония не ратифицировала Рамочную конвенцию о защите национальных меньшинств, Европейскую Конвенцию о защите прав человека и основных свобод, Международный Пакт о гражданских и политических правах, Конвенцию о правах ребёнка и прочие правозащитные правовые акты. С позицией города трудно согласится.

Во-первых, ч. 2 ст. Рамочной конвенции о защите национальных меньшинств утверждает, что в районах традиционного проживания, а также там, где лица, принадлежащие к национальным меньшинствам, составляют значительное число, Стороны, в случае достаточной потребности в этом, стремятся обеспечить, насколько это возможно и в рамках своих образовательных систем, чтобы лица, принадлежащие к этим меньшинствам, имели надлежащие возможности изучать язык своего меньшинства или получать образование на этом языке. В жалобе достаточная потребность в образовании на русском языке была обоснована. Русская община города желает сохранить русскую школу и правовое государство должно на этом основании обеспечить лицам, принадлежащим к национальному меньшинству возможность получить образование на этом языке. Более того, речь идёт не о создании новой школе, а о сохранении школы с 50-летней историей.

Во-вторых, ч. 1 ст. 2 Конвенции о правах ребёнка устанавливает, что, государства-участники уважают и обеспечивают все права, предусмотренные настоящей Конвенцией, за каждым ребенком, находящимся в пределах их юрисдикции, без какой-либо дискриминации, независимо от языка, национального и этнического происхождения.

Ч. 1 ст. 28 Конвенции утверждает, что государства-участники признают право ребенка на образование, и с целью постепенного достижения осуществления этого права на основе равных возможностей они, в частности вводят бесплатное и обязательное начальное образование, а также принимают меры по содействию регулярному посещению школ и снижению числа учащихся, покинувших школу. Таким образом, Конвенция предусматривает, что детям надо гарантировать бесплатное и соответствующее принципу равных возможностей образование, которое является доступным и не содержит дискриминацию, то есть ликвидация единственной русской школы в Кейла противоречит международной регуляции.

Согласно ч.ч. 1 и 2 ст. 3 Конвенции во всех действиях в отношении детей, независимо от того, предпринимаются они государственными или частными учреждениями, занимающимися вопросами социального обеспечения, судами, административными или законодательными органами, первоочередное внимание уделяется наилучшему обеспечению интересов ребенка. Государства-участники обязуются обеспечить ребенку такую защиту и заботу, которые необходимы для его благополучия, принимая во внимание права и обязанности его родителей, опекунов или других лиц, несущих за него ответственность по закону, и с этой целью принимают все соответствующие законодательные и административные меры. Очевидно, что в интересах детей сохранить свою школу со своим языком. Этот интерес был единогласно выражен родителями, как законными представителями своих детей. Также очевидно, что город, закрыв Кейласкую основную школу, грубо проигнорировал интересы учеников и их утверждённые международными конвенциями права.

В-третьих, в практике Европейского суда по правам человека есть решения, согласно которым право на образование охватывает также и право на образование на родном языке, например в деле Кипр против Турции. По обстоятельствам этого дела Турция, оккупировавшая Северный Кипр не обеспечивала греческим детям среднее образование на родном языке. На нарушение Конвенции указывало то обстоятельство, что турецкие власти сделали доступным для греческих детей только начальное образование, но не среднее. Очевидно, что эта ситуация аналогична нашей. Более того, положение в Кейла ещё хуже, потому что русскоязычные дети города не могут приобрести на родном языке даже начальное образование.

Подчеркну, все указанные выше международные правовые акты ратифицированы со стороны Эстонии и являются обязательными к исполнению. Они не являются ни декларациями, ни рекомендациями, которые можно было бы проигнорировать на вполне законном основании. Более того, по своему правовому статусу они выше внутренних эстонских законов.

В-четвёртых, в данном случае неравно обращаются с разными школами. В Кейлаской основной школе учатся 179 детей и языком обучения в ней является русский. В Эстонии, однако, много школ, где количество учеников значительно меньше, в т. ч. в Харьюмаа. Но все эти школы – эстоноязычные. Например, в школе Миссо учится всего восемь детей. В целом в Эстонии есть 31 школа, в которых количество учеников менее 20, из них 11 – основные школы. Медианное количество учеников в школах Эстонии – 147 человек. При этом никто не собирается эти школы оптимизировать. Потому что эти школы – эстонские. Русскую же школу в Кейла местные власти считают убыточной. На самом деле утверждение, что Кейлаская основная школа слишком дорого обходится городу, является голословным и, само по себе, глубоко дискриминационным. Мэр города Кейла г-н Фельс честно сказал, что целью объединения школ является то, чтобы в Кейла «не было бы две общины». Эта фраза задокументирована в протоколе заседания городского собрания города, на котором обсуждался проект решения о закрытии школы. Это означает, что у ликвидации русской школы в Кейла не экономические, а расистские причины. Здесь очевидно желание городского головы ликвидировать не только русскую школу, но и также русскую общину, путём принудительной ассимиляции русских детей.

По сути, Таллинский административный суд в этом деле должен решить является ли Эстония правовым государством, в котором считается важным обеспечение и защита прав человека и основных свобод, или же в Эстонии права национальных меньшинств a priori не могут быть нарушены, потому что в Эстонии у национальных меньшинств никаких прав нет и быть не может.

На заседании 2 июня 2020 года суд, выслушав обе стороны, пришёл к выводу, что их аргументация в отношении целесообразности сохранения русской школы в городе является противоречивой, и поэтому для вынесения объективного решения нужно мнение Министерства образования и науки, которое осуществляет административный надзор за правомерностью действий держателей муниципальных школ и, в частности, при объединении школ выдаёт новое разрешение на обучение, а также проверяет соответствует ли объединение требованиям правовых актов и гарантируется ли при этом основное право каждого на образование.

5 июня 2020 года суд сделал соответствующий запрос в министерство, ответ на который должен быть представлен до 26 июня. После этого, надеюсь, что хотя бы к 1 сентябрю, суд вынесет своё решение. Так что

продолжение следует…

Источник: Правфонд